Светские новости

Пермячки пытаются отсудить у Минздрава 30 млн рублей за ошибку в роддоме

Швецова и Савельева стали мамами 40 лет назад. У каждой из них родилась дочь. Через много лет Татьяна Савельева узнала правду о своей семье: ее отдали другим людям во время выписки из больницы. Ей было очень тяжело, но со временем ей удалось наладить отношения с биологической мамой.

«Хорошо. Пока, пап», – произносит Татьяна Савельева и кладет трубку. Затем набирает другой номер и говорит: «Отец! Привет… Что нового? Когда увидимся? Я соскучилась». Если бы Тане когда-то сказали, что она станет называть папами двух разных мужчин – не поверила бы. Но два года назад наша героиня узнала: в роддоме поселка Пожва Пермского края ее перепутали с другой девочкой.

«Видимо, 7 марта, в день моего появления на свет, акушерки уже начали отмечать праздник, – пытается пошутить Савельева. – Вот и ошиблись… Узнав правду, не представляла, как жить, не ревела – выла несколько дней. Но потом осознала: у меня дети, ради них нужно пройти это испытание».

«ОТСТАНЬ! ТЫ НЕ МОЯ!»

Римма Швецова, вернувшись домой с новорожденной малышкой, сразу начала сомневаться, ее ли это дочь. «Когда Вероника только появилась на свет, попросила показать, – говорит женщина «СтарХиту». – У старшей на лице есть родимое пятно, и я гадала всю беременность – появится ли такое у младшей. Рассмотрела, но ничего не увидела. Потом закрутилось – кормления, пеленания… Когда приехали домой, муж удивился: мол, ты же говорила, нет родимых пятен, а они вон, на висках. Пригляделась – и правда! Но постаралась отогнать дурные мысли…»

Со временем ситуация усугубилась – светловолосая кроха с голубыми глазами была словно чужой в семье смуглых Швецовых. «Чувствовала, что муж прохладно относится к дочке, – продолжает Римма. – Старшую и кормил, и обнимал, а младшую за целый день мог ни разу на руки не взять.

К тому же часто повторял, что она нагулянная. Конечно, в шутку, но я понимала: это его гложет. Да и видела – Вероника больше похожа на мою соседку по палате Савельеву, и темпераментом в нее – тихая, спокойная». Когда малышке исполнилось 10 месяцев, Римма поехала в соседнее село, где росла кровная наследница. 

«Нашла дом, постучала и с порога заявила – рощу вашу дочь, – вспоминает героиня. – Савельевы, конечно, очень удивились и, подозреваю, не поверили мне. Так и вернулась ни с чем, экспертизы ДНК в то время не было, поэтому доказать ничего не могла. Оставалось только жить дальше, издалека наблюдая, как растет девочка».

Вскоре Римма стала мамой еще двоих детей. Они требовали постоянного внимания: у мальчика обнаружили астму, у девочки – врожденный порок развития руки. Проблемы, ссоры на почве ситуации с Вероникой привели супругов к разводу. Швецовой пришлось тянуть все на себе: перевезла из соседней деревни маму, чтобы та помогала с детьми, а сама с утра до ночи работала лесничим. Вероника росла и понимала, что не похожа на маму, часто спрашивала об этом. А когда выросла, могла в разгар ссоры услышать: «Отстань! Ты вообще не моя!»

«ДОЧКА ПРИЕХАЛА!»

В семье Савельевых подмены никто не заметил. Факт того, что у ребенка не было бирок, оправдали халатностью медсестер. Отсутствие сходства между смуглой Таней и светловолосыми родителями – чудесами природы, мол, у нее тети, дяди темненькие, в них пошла. Девочка росла в любви. Визиты Швецовой из соседней деревни пугали семью. «Недавно мама рассказала, что, когда мне было три, Римма Павловна снова появилась и я, уже соображавшая и уловившая суть разговора, изо всех сил цеплялась за мамину юбку, просила не отдавать», – вспоминает Татьяна. Чтобы обезопасить себя от набегов странной женщины, Савельевы переехали подальше, в село Карагай. Там Таня выросла, окончила школу, поступила в училище, вышла замуж, родила сына Артема и дочку Юлю.

Год назад раздался телефонный звонок, который перевернул жизнь.

«Мама на том конце провода, запинаясь, пыталась объяснить, что долго скрывала тайну, но теперь вынуждена признаться, – делится Татьяна. – Накануне с ней связалась Вероника и заявила, что она ее родная дочь. Оказалось, что Римма Павловна настаивает на экспертизе ДНК… От мысли, что все может оказаться правдой, земля ушла из-под ног. Я рыдала несколько дней, выжила благодаря детям, которые меня успокаивали.

Потом набралась духу и позвонила Швецовой, пригласила в гости. Она приехала, боевая такая: «Здравствуй, Танюшка!» Расцеловала, выставила на стол подарки внукам – деревенские соленья. Поговорили, поплакали… Называть ее матерью я, конечно, не могу – моя мама та, что вырастила. Но и Римма Павловна не чужая, да и с Анатолием Ивановичем, биологическим папой, у меня сложились добрые отношения – даже называю его отцом, он часто приезжает в гости. Когда увидел внучку, всплеснул руками: «Тут никаких анализов не надо, сразу видно – моя кровь!» Случалось и мне ездить в их село – Римма Павловна бежала навстречу и кричала: «Ко мне дочка приехала!» Сама Швецова признается: «Сердце никак не привыкнет, что Таня моя. Отношусь чуть с опаской, осторожничаю. А вот Нику и поругать могу, и поучить». Между собой «перепутанные» не общаются. «7 марта нам исполнилось по 40 лет, отправила поздравительную смс, но ответа не получила», – рассказывает Савельева. Зато Вероника наладила отношения с биологической матерью Юлией, они встречаются, внуки приезжали в гости к новой бабушке.

Месяц назад провели экспертизу ДНК, которая подтвердила: Римма и Юлия действительно вырастили дочерей друг друга. Теперь женщины планируют судиться с Министерством здравоохранения Пермского края, Минздравом, правительством Пермского края и Пожвинской участковой больницей. 

«Первое заседание состоится в апреле, – говорит адвокат Игорь Саввин. – Каждая из женщин – Римма, Юлия, Таня и Вероника – может рассчитывать на 8 миллионов рублей. Роддом, в котором произошла подмена, признал ошибку. Акушерки, дежурившие в ту ночь, рассказали – персоналу было изестно, что девочек перепутали, но все решили промолчать. А медсестре, которая помогала после родов Римме и Юлии, уже ничего не предъявишь – 13 лет назад она умерла. Кто же знал, что ее ошибка обернется такой трагедией…»